Отзыв на “Бумажную пьесу”

Фото: Светлана Ражева

Словно бумажка, носимая ветром: порыв ветра приподнимает её в воздух, и через некоторое время опускает на землю, чтоб подхватить следующим порывом и снова опустить на землю, и еще один полет и снова возврат на землю, и еще, и еще. Так разворачивался танцевальный спектакль Анны Щеклеиной и Стефани Мирэкл “Бумажная пьеса”, очень деликатно увлекая нас каждой из сцен спектакля, словно приподнимая над землей, и аккуратно возвращая к жизни, чтоб увлечь тут же вновь следующим оборотом событий на сцене, позволив зрителю лишь слегка коснуться земли в переходах от одной сцены к другой.

Анна Щеклеина, вместе с её однокурсником Александром Фроловым, образовали свою танцкомпанию и выступают, в основном дуэтом, с 2010 года, по окончании Факультета современного танца Гуманитарного университета. Их работы отличает крайне щепетильный подход ко всем деталям и множество нюансов. Все их движения отточены до безупречности, все действия продуманы и очевидно найдены в большом количестве повторов и испытаний во время репетиций. Работа со звуком, со светом, с предметами — все неслучайно, за всем стоит огромный труд, продолжительные, и я бы даже сказала изнуряющие, репетиции. Невозможно не оценить их самоотверженный труд. То же самое верно и для работ, созданных ребятами в коллаборациях: как Show No Show Александра Фролова и Габриэль Ревлок, так и Paper Piece Анны Щеклеиной и Стефани Мирэкл. Большое внимание к деталям и множество нюансов. Обе работы посмотрела с большим интересом дважды.

Отмечу, что работа над обоими постановками началась благодаря участию ребят в обменной программе OMI; последняя работа получила свое продолжение и вышла в свет благодаря поддержке Генерального консульства США в Екатеринбурге, и, что важно, при поддержке Театральной платформы Ельцин Центра, где Анна и Стефани получили возможность репетировать на месте выступления в исчерпывающем количестве репетиционного времени, что не могло не сказаться на качестве работы и привело к замечательному результату.

Самая изумительная находка — первую часть спектакля зрители словно подсматривают в щель между полотнами бумаги, натянутыми горизонтально. Семь лет назад меня преследовала идея сделать так, чтоб зритель словно заглядывал под диван, чтоб посмотреть мой танец. На одну из частей одной из своих постановок я пыталась выставить свет так, чтоб он освещал лишь полметра над полом. Анне со Стефани удалось создать похожий эффект, буквально загородив часть обзора. Сработало прекрасно!

Любопытно, что с бумагой уже поработали многие: у Татьяны Багановой в “Сепии” (2010-11) великолепные образы созданы посредством крафтовой бумаги и песка, я с Ольгой Севостьяновой экспериментировали с бумажными узкими полотнами, подвешенными под потолок, на которых мы писали, и затем бросали в них краской в “Алгоритмах. Анаморфозах. Аномалиях” (2012), в том же году Анна со Стефани начали работу над “Бумажной пьесой” и годом позже Анна с Александром создали другую работу, “Место”, где тоже работали с бумагой. Еще годом позже Олег Степанов и Алексей Торгунаков поставили на красноярскую компанию “Воздух” постановку “Всечтоямогубыть”, где тоже работали с бумагой. Я полагаю, не все работы знаю, упомнила. Однако, бумага оказалась таким благодатным материалом, что прошло еще несколько лет, а по-прежнему было с чем работать. Правда, сейчас, после того, как так дотошно проработали бумажную тему Анна со Стефани, возможно, эта тема исчерпана. Хотя, кто знает. Может это начало нового витка серии работ с бумагой.

Возвращаясь к “Бумажной пьесе”, меня покорила возможность зрителю погрузиться в работу, своего рода войти в медитативное состояние. Я смогла полностью отдаться процессу и чувствовала себя в безопасности. Хотя разные части по-разному отзывались: что-то радовало, что-то печалило. Большое наслаждение смотреть, как танцовщики двигались, причем они были очень женственны, их платья с обнаженными плечами очаровывали. Созданные буквально из простыней, но на разный лад находчиво повязанные. Камерное пространство, что позволяло слышать любой шорох, но в то же время действо происходило на расстоянии, словно вдали, и просторная открытая (без кулис и задника) сцена. Было чем полюбоваться. Свет отметила сразу, и кропотливую работу с тенями (но как будто незаметно и случайно подхваченные светом и упавшие на бумагу и стены силуэты).

Особое удовольствие — работа с голосом и дыханием, интересная работа с текстом (на тарабарском, русском и английском). Звук от бумаги был обыгран многогранно: как она рвется, падает, шуршит, разрезается ножницами. Белые костюмы, белая сценография, белый свет. На героинях одинаковые маски диковинных животных-альбиносов. Нейтральность позволяет трактовать работу множественно. Сегодня это представители мифического семейства животных, населявших землю во времена богов, завтра это люди-мутанты из будущего, выжившие после атомного взрыва. Возможно и поэтому эту работу хочется пересматривать снова и снова.

Advertisements